Ira Lupu

Знакомьтесь: FACE, самый противоречивый рэпер России

Текст и фотографии: ИРА ЛУПУ
Dazed Digital
Февраль 2018
Читать на английском

FACE прославился благодаря своим прилипчивым рэп-клипам, и стал рупором постсоветской молодёжной культуры — но консервативный истеблишмент от этого не в восторге.

«Мой сын умрет, когда увидит, что я с вами селфи сделала», — говорит женщина лет пятидесяти, доставая из кармана смартфон. «Он просто умрет!». В очках «как у училки» и длинном сером пуховике она выглядит, как типичная российская мать. Совсем не тот человек, от которого можно ожидать такого восторга от встречи с 20-летним парнем с причёской, как у эмо, и татуировками на лице.

Ивану Дрёмину не привыкать, что его узнают на улице. Как FACE он обзавёлся по меньшей мере миллионом молодых поклонников со всего русскоязычного интернета. Его альбом No Love установил абсолютный рекорд по репостам в сутки на VK.com, самой популярной соцсети постсоветских стран. Фаны и критики расхваливают его за талант сочинять заразительные строчки и за харизму настоящего народного артиста, а оппоненты называют его музыку и тексты примитивными. О Дрёмине заговорили в 2016-ом году, когда он выпустил видео на трек про Гошу Рубчинского — дизайнера одежды, который популяризовал российскую уличную эстетику. А в августе прошлого лета FACE приготовил свой «Бургер»минимал-трэп клип с нотками провокационного юмора, и крылья его популярности распахнулись далеко за пределы музыкального андерграунда. «Еду в магазин Gucci в Санкт-Петербурге, она жрет мой хуй, как будто это бургер», читает он на русском. Несмотря на юный возраст, Дрёмин уже взобрался на самый гребень новой волны русского хип-хопа. Он говорит, что он — «лицо молодёжи».

В жизни Дрёмин производит впечатление человека куда более серьёзного и вдумчивого, чем можно было предполагать по его шутовскому медиа-образу. Он вежливо останавливается и позволяет женщине сделать совместные фото на фоне Измайловского Кремля — культурного комплекса в Москве, похожего на цитадель из карамели. На парне тёмные очки Gucci, кеды Gucci, и, само собой, носки Gucci. Над бровью — татуировка Numb: это отсылка не только к Linkin Park, группе, на которой Дрёмин вырос, но и к «немоте», которую, как он говорит, он чувствовал на протяжении жизни. В своих более личных треках FACE исповедуется о страхе смерти и проблемах с психическим здоровьем, и вспоминает подростковые годы, проведённые в бедной, полукриминальной обстановке: такая реальность хорошо знакома многим детям из стран бывшего Союза. На сцене, в перерывах между самыми экстремальными своими треками, он проповедует любовь и трезвость, а его Твиттер и Инстаграм заполнены мудрыми наставлениями, словами поддержки и протеста. Он даже предлагает поклонникам писать ему личные сообщения о трудностях в своей жизни, и многие получают тёплый ответ.

В то же время, в России, стране все ещё очень консервативной, тексты FACE вызывают много споров. Перед выступлением в Минске, столице республики Беларусь, мама одного из несовершеннолетних поклонников направила жалобу в Генпрокуратуру. Чиновники издали «Официальное предупреждение о недопустимости нарушения закона» и в нем назвали творчество Дрёмина «глубоко деструктивным»; в итоге вечеринка, конечно, не состоялась. Кроме того, во время последнего тура в нескольких российских городах возникали проблемы из-за усиленного полицейского контроля на входе в зал, а один из государственных телеканалов выпустил про музыканта довольно негативный сюжет. В своём новом видео «Я роняю Запад» FACE высмеивает сакральное российское чувство патриотизма — чем не ответ властям?

Неудивительно, что две другие татуировки на лице Дрёминаэто слова Love и Hate: и любви, и ненависти он получает сполна. Мы встретились с музыкантом, чтобы поговорить о новом клипе и жизненных тяжбах, и выяснить его взгляды на любовь, хип-хоп и потребности молодёжи.

Когда ты исполняешь «Я роняю Запад» на концертах, народ просто теряет рассудок. Как думаешь, видео будет таким же успешным?

FACE: Конечно, весь мир может обсуждать этот клип. Его идеяв том, чтобы преувеличить и высмеять российский псевдопатриотизм, который в нашей стране существует в довольно глупом и слепом виде. Мы хвалимся выдуманными победами на США, старыми военными достижениями, тем, что «деды воевали», но сегодня нам нечем гордится. Люди застряли в прошлом.

Какие проблемы современной России наиболее ощутимы для ее жителей?

FACE: Тут много проблем. Полицейские должны защищать людейа тут, когда ты их встречаешь, тебе становится, блядь, страшно. Также нет свободы слова. Даже если люди хотят что-то сказать, они пугаются и молчат. Ничего не меняется во властиРоссия движется обратно к Советскому Союзу, к сталинским временам. Главной проблемой остаётся бедность.

У тебя уже возникали проблемы с полицейским контролем на концертах. Не боишься, что после этого клипа они могут усугубиться?

FACE: Я стараюсь в жизни ничего не бояться. Это глупо. Что будет, то будет. Я не считаю, что делаю что-то плохое, противозаконноея просто высмеиваю менталитет людей в нашей стране и хочу, чтобы он изменился.

Я заметила, что ты почувствовал ответственность за свою аудиторию. В Инстаграм-сториз и твитах ты пишешь, что то, о чем ты ещё недавно пел — наркотики, алкоголь, депрессия, суицидальные мысли, поиски себя в криминале и зарплата в 20 тысяч рублей в месяц — это «не то, что нам нужно, нахуй это».

FACE: Я расту. Мои взгляды меняются, и я действительно чувствую свою ответственность. Было бы круто, если бы я смог ещё больше повлиять на молодых людей в нашей стране, изменить что-то в жизни хотя бы одного человека. Молодёжь вырастет и будет править нашей страной, станет ее душой и сердцем. Я знаю это неописуемое чувство, когда в твою жизнь приходит кто-то важный и меняет ее, дает руку помощи. Я знаю, каково это, так как сам очень депрессивный, и у меня много суицидальных наклонностей. Своей музыкой я хочу стать опорой молодым людям, я уже ей являюсь. Я хочу, чтобы молодёжь следовала более здоровому образу жизни. Да, в треке «Мне похуй» я пел, что «Я курю, я бухаю и мне похуй». Я действительно так жил и я на своём опыте понял, что это хуйня. Такой образ жизни ни к чему хорошему не приведет, особенно если у тебя есть проблемы с психикой.

Я хочу быть олицетворением правды. Хочу, чтобы люди знали, что наркота хуйня, бухло хуйня, сигареты хуйня. И даже деньги хуйня, и шмотки хуйня, и школа хуйня. Я хочу быть отражением молодежи, которая заебалась так жить. Я знаю, что такое жизнь в России. Я вырос на окраине провинциального города, Уфы, и я имею право об этом всем говорить. Я знаю, каково этожить на мизерную пенсию бабушек и дедушек, или когда твоя мать ударилась в религию и сошла с ума в прямом смысле этого слова.

Ты против церкви как института, но не против веры, правильно?

FACE: Именно так. Знаешь, я считаю, что людям надо во что-то верить. Не обязательно в Богаво что-то. Но твоя вера не должна идти тебе во вред.

Твоя матьглубоко верующая женщина. Как она относится к твоей музыке, к тому, что ты так или иначе выкрикиваешь «666» со сцены?

FACE: Она, конечно, говорит мне, чтобы я удалил эти песни, не пел их. Но я не могу не петь про «666», если это то, что я вижу вокруг. Речь ведь не о том, что я ненавижу Бога. Я терпим ко всем религиям, лишь бы они не вызывали насилия, войн, терактов, крестовых походов… Выкрикивая «666», я не проявляю сатанизм. Я только указываю, что миром правит это злое число.

Ты иногда говоришь, что ты не хип-хоп исполнитель. Но, скажем так, пока что на 90% ты все-таки им являешься. Почему этот жанр уже лет 20 остаётся одним из ключевых в постсоветских странах? Что в местной культуре резонирует с хип-хоп тематикой?

FACE: Я не считаю, что здесь хип-хоп является титульным жанром. Это в Америке трэп-рэп треки завоевывают чарты Billboard. У нас люди пока больше любят быдло-клубнячок. Изначально хип-хоп был музыкой страданий. Это очень близко русской душе — «Всё у нас, блядь, очень хуево». Российские рэп-группы типа «Многоточия», на которых я рос, никогда не читали что-то в духе: «Нахуй тех, тех, тех». Вместо этого было: «Бля, у меня братан скололся, у меня братан спился». На фоне всего этого страдальческого рэпа, люди смотрят на меня и не понимают, что происходит. Хотя «Бургер», в конце концов, это обычный трэп-клип. Народ взбесило, что я сделал что-то нога в ногу с новой западной тенденцией, а не через два года, как здесь принято. Мне всегда будет весело исполнять «Бургер», потому что эта песня — олицетворение того, как я сломал систему. Я повторял одну и ту же фразу практически весь трек, и этим тупым повторением перевернул их маленькую «игру», по правилам которой все должно быть хотя бы немного умным.

Ты говорил, что слушаешь трэп лет с десяти. Что тебя в нем привлекало? 

FACE: Я был ребёнком бедным, душевно и материально. От своего брата я услышал о T.I., Young Jeezy, также о Lil Wayne, Rick Ross, хотя это не совсем трэп. Я не особо знал английский, но как-то чувствовал все эти вайбы роскошной гангстерской жизни. И уже в пятом классе я мечтал быть таким же гангстером, а не несчастным бичом, который сидит на шее у бабушки. Так я начал курить сигареты, пить «Блейзер» и продавать насвай. Покупал его за 20 рублей, продавал за 40. Только в России можно начать свой путь с продажи насвая. Русский трэп, блядь! К сожалению, потом я повзрослел, и всё усугубилось…

Ты был трудным подростком. Как, по-твоему, нужно правильно воспитывать таких ребят?

FACE: Система воспитания в нашей стране подорвана на всех звеньях. Я думаю, что если ты трудный, несчастный ребёнок, то полицейские должны разговаривать с тобой, как со своим сыном. А тут они только унижают тебя, агрессивно себя ведут. На что дети отвечают им агрессией, и судьбы рушатся. Если ребёнок творит хуйню — просто дайте ему заботы, добра. Если это не работает, то, значит, вы что-то неправильно делаете.

Довольно иронично выходит: ты сам пережил нелегкое детство, а многие родители обвиняют тебя в том, что ты портишь их детей.

FACE: Да! Я прекрасно понимаю, что некоторые мои треки это ошибочные явления, и эту ситуацию я исправлю. Но как эти родители исправят ситуацию со своими детьми, которые слушают подобные песни? Конечно, такими треками я её усугубляю, но я не виноват в том, что жил неправильно. Корень зла не во мне. Легко сказать: «Надо убить Фейса, он плохой». Наоборот, меня должны благодарить. «Спасибо, чувак, что ты открыл нам глаза на то, что наши дети в полной пизде, наши дети умирают».

Хорошее воспитание сегодня — редкость. Всё это идет поколениями. Люди, которые воспитывали наших родителей, по 40 лет вкалывали на заводах и другой жизни не знали. Поэтому ребёнку надо кругозор расширять, а не твердить вот это вот: «Сынок, тебе надо стать богатым бизнесменом, это самое важное», нахуй. Если у меня будет ребенок, а я надеюсь, что он у меня когда-то будет,то я объясню ему: «Вот денежка. Денежкаэто хорошо, на нее можно купить леденцов. Леденцы — это вкусно, они приносят удовольствие и обеспечивают комфорт, но, блядь, не более. Счастье заключается совершенно в других вещах. Я буду любить тебя, даже если у тебя не будет денег». Такими простыми словами можно объяснить почти всё, даже про вред курения. Но ты как родитель должен practice what you preach. И большой шаг для тебя — самому перестать курить, тогда и твой ребёнок не будет.

Возвращаясь к суицидально-депрессивной теме: какие способы борьбы с этими состояниями ты для себя выработал?

FACE: Самый главный способ — это любовь. Люди ищут каких-то сложных решений проблем, но всё проще, чем кажется. Не зря столько песен про любовь написано, ведь она и вправду спасёт мир. У меня есть силы справляться со многим именно благодаря тому, что у меня появился человек, которого я люблю и который любит меня.

Твоя девушка — популярный видеоблогер Марьяна Ро. Как сказывается на ваших отношения публичность? 

FACE: Публичность немного бесит. Мы недавно ездили в Таиланд на отдых, и это была наша большая ошибка. Там было очень много детей-фанатов, и они вообще не знали границ. Терроризировали, бегали, прыгали, приходили к нам в номер, стучали в дверь. Это напрягает, но в то же время и ещё больше нас объединяет. Мы словно Сид и Нэнси, вдвоем против всего мира, нас критикующего. Но нам всё равно, потому что мы держим друг друга за руку.